Навигация
Обмен ссылками

 

«ГРУБИЯН ЯМАГУТИ» И ГОДЗЮ-РЮ

автор: DARK-ADMIN
Этого невысокого человека с длинными волосами, ниспадающими на плечи, пронзительным взглядом и вежливыми манерами в мире боевых искусств называли Котом – за пристрастие к «кошачьей стойке» нэкоаси-дати, лёгкие стремительные движения и несколько демоническую внешность. Его знают как великого каратиста и мистика. Значительно меньше он известен как разведчик, один из руководителей японских спецслужб на территории Маньчжурии во время Второй мировой войны, организатор широкой агентурной сети и целого ряда провокаций против движения сопротивления китайцев, маньчжуров и корейцев.

Ямагути Гогэн – одна из самых необычных и ярких фигур современного каратэ, да и вообще японских боевых искусств ХХ в.

О событиях его жизни известно прежде всего по его автобиографической книге. Самое удивительное в ней – то, что большая её часть посвящена политическим взглядам Ямагути и его борьбе с «левыми» и коммунистами. (Один экземпляр этой явно антисоветской книги был в 1969 г. преподнесён в подарок Институту востоковедения АН СССР. Но там сочли, что книга посвящена каратэ, и на её содержание и идеологическую подоплёку никто, по-видимому, не обратил внимания).

Ямагути родился 20 января 1909 г. в многодетной семье торговца из города Кагосима, Ямагути Токутаро, который чуть позже открыл небольшую частную школу для соседских детей. Семья была небогата – содержать десятерых детей нелегко.

Гогэн уже в детстве попадает в атмосферу синтоистских мистерий, переплетающихся с боевыми искусствами. Каждое воскресенье он присутствует на церемониях в местном храме Гансидзи, пытается даже самостоятельно беседовать с Буддой и духами. Мистицизм, ощущение соприкосновения с тайными силами космоса Ямагути пронёс через всю жизнь, отразив это и в своей версии Годзю-рю.

Боевые искусства в том кругу, где вращалась семья Ямагути, были делом привычным. Гогэн и несколько его братьев быстро познакомились с основами дзюдо и кэн-дзюцу. Гогэн обучается в школе Дзигэн, которой руководил знаменитый мастер кэн-дзюцу Тосиаки Кирино. Он считался одним из лучших бойцов на мечах эпохи Мэйдзи, и о нём рассказывали такие же истории, как и о знаменитом Миямото Мусаси, – например, говорили, что Кирино способен разрубить своим мечом пополам капельку дождя.

В кэн-дзюцу Гогэн не был ни первым, ни последним. Он честно признавался, что не раз оказывался бит бамбуковым мечом (синай ) старшего товарища по школе, а сам ни разу не мог его даже задеть. Кстати, такое признание собственного бессилия представляет собой особый символ традиционного выражения мужества, к тому же намекает на то, каким слабым был человек вначале и в какого прекрасного мастера он превратился благодаря упорным тренировкам.

А Ямагути тренировался действительно упорно. Вскоре он познакомился со своим первым учителем каратэ. Им стал скромный плотник Марута, выходец с Окинавы, который и приобщил его к основам окинавского кулачного искусства.

Примечательно, что занятия каратэ помогли молодому Ямагути и в кэн-дзюцу. Например, вскоре он благодаря отличной реакции сумел одолеть в бою на мечах своего товарища, которого раньше не мог ни разу задеть.

Жёсткий и довольно тяжёлый характер Ямагути Гогэна стал проявляться ещё в молодости. Уже тогда он получил прозвище Грубиян Ямагути. Его исключили из престижного университета Кансай в Осаке, и ему пришлось вновь поступать на первый курс университета Рицумэйкан в Киото, причём о своём исключении Гогэн благоразумно умолчал.

Никакого клуба каратэ в университете Рицумэйкан не было – об этом виде боевых искусств ещё мало кто знал. Зато здесь почитали сумо, и Ямагути отважно идёт заниматься в клуб «больших людей». Но денег на жизнь не хватало, семья не могла поддерживать Гогэна, а за учёбу надо было платить. Он поступает на работу в качестве секретаря к одному из местных адвокатов и одновременно открывает небольшую секцию каратэ для своих товарищей. Занятия не были регулярными, ибо оставалась проблема с залом. В конце концов Ямагути присоединяется к группе Синсэн-гуми, занимающейся частной охраной, и преподаёт каратэ для её членов.

Но судьба улыбнулась ему. Через своих товарищей он выходит на Сэйдзабуро Фукусиму, руководителя направления дзюдо в Будокукае, и тот разрешает ему пользоваться своим прекрасным додзё. Это была победа. Открыть клуб каратэ при Будокукае не удавалось даже Фунакоси!

Теперь надо было делать следующий шаг, ибо простая секция каратэ уже не удовлетворяла амбиций Ямагути. В то время в Японии существовал лишь один университетский клуб каратэ – при университете Кэйо. Этим клубом руководил сам Фунакоси Гитин. Ямагути понимал, насколько перспективным может стать внедрение каратэ в университетах. Интересно, что хотя в своих воспоминаниях Ямагути Гогэн ни разу не упомянул имя Фунакоси, сам он в основных чертах повторил его путь: Фунакоси сумел утвердиться как «патриарх» лишь благодаря правильно выбранной тактике.

Ямагути начал добиваться открытия секции в университете Рицумэйкан. Ему отказали. Это ничуть не смутило Ямагути, он заручился поддержкой Будокукая и вновь обратился к руководству университета. И вновь получил резкий отказ.

Но через несколько дней руководство довольно консервативного университета Рицумэйкан было поражено беспрецедентной выходкой Ямагути: он со своими друзьями прибил у главного входа в университет десять макивар. Теперь юные каратисты целыми днями молотили кулаками по макиварам, чем весьма смущали как студентов, так и преподавателей. Даже увещевания руководителя университета их не остановили.

Ситуацию разрешил случай, в котором была замешана некая группа «левых». Она доставляла немало неприятностей руководству университета, и Ямагути со своими товарищами выставил членов этой группы с территории Рицумэйкана.

Победу над представителями «левых» (пусть и физическую) президент Рицумэйкана оценил, решив, что Ямагути может сослужить неплохую службу в борьбе с многочисленными социалистическими кружками, которые быстро множились в университете. Так или иначе, в 1930 г. официальный клуб каратэ в Рицумэйкане был создан.

Таким образом, Ямагути стал руководить сразу двумя группами каратэ: одна существовала при Будокукае, другая – при университете Рицумэйкан. Обе группы пользовались большой популярностью не только у поклонников искусства «пустой руки». К Грубияну Ямагути обращались даже с просьбами разрешить конфликты между бандами, которые контролировали различные районы города. По сути первый клуб Ямагути при университете был некоей «охранной структурой», которая частично охраняла честных граждан, а частично подчиняла себе новые территории.

Следующим значительным шагом Грубияна Ямагути было установление контроля над знаменитым ещё с самурайских времён и весьма доходным кварталом «красных фонарей» Симабара, где испокон веков располагались многочисленные увеселительные заведения. По просьбе своего хозяина (в то время Ямагути продолжал служить в адвокатской конторе) он, набрав более 50 человек из другой «охранной структуры», сумел весьма строго «предупредить» группировку Хасимото-гуми, которая уже в течение нескольких поколений царствовала в квартале «красных фонарей». Предупреждение оказалось столь недвусмысленным, что лидер Хасимото-гуми умолял Ямагути «выселить» его группу из квартала без шума, опасаясь «потерять лицо». Ямагути проявил благородство и решил вопрос мирным путём.

Ямагути продолжал учиться в университете на факультете права, а деньги на обучение зарабатывал в адвокатской конторе преподаванием каратэ и охранными услугами.

Но вот в 1931 г. происходит встреча, которая круто меняет отношение Гогэна к самой сути боевых искусств. Именно после этой встречи, по словам самого Ямагути, он «стал осознавать свою жизненную миссию». Один из его университетских преподавателей представил Гогэна великому Мияги Тёдзюну, основателю Годзю-рю, который с 1928 г. преподавал в Киото в Императорском университете.

В своих воспоминаниях Ямагути неоднократно подчёркивал, что изучение Годзю-рю каратэ он начал за десять лет до встречи с Мияги, в родной Кагосиме, у плотника Маруты. А это приблизительно 1921 г. Но никакого стиля Годзю-рю тогда ещё не существовало. В 1921 г. не было ещё ни Ассоциации окинавского искусства каратэ, созданной Мияги, ни какой-либо другой организации, где он вёл бы открытое преподавание. Поэтому история с «плотником Марутой» кажется по крайней мере странной.

Откуда такая путаница? Объяснений может быть несколько, но вот самое вероятное: за счёт своей версии Ямагути «добирал стаж» изучения именно Годзю-рю. Окинавские последователи Мияги вообще ставят под сомнение притязания Ямагути на титул преемника школы и руководителя отделения Годзю-рю в Японии. Сколько вообще мог обучаться Ямагути у Мияги? Последний прибывает в Киото в 1928 г., в 1932 г. руководит клубом в университете Кансай в Осаке, а в конце 1932 – начале 1933 г. возглавляет секцию в университете Рицумэйкан, где и контактирует с Ямагути. Сам Ямагути, как упоминалось ранее, называет весьма приблизительную дату своей встречи с Мияги – 1931 г. В 1934 г. Мияги отбывает на Гавайи и больше в Японию не возвращается.

Итак, Ямагути мог учиться у Мияги, если исходить из его собственной версии встречи с учителем, три года либо, если следовать биографии Мияги, не более двух лет. В любом случае не настолько долго, чтобы стать преемником школы. Зная характер Мияги, который получил жёсткое классическое воспитание у Хигаонны и в Китае, сам учился почти двадцать лет, можно предположить, что он не изменил бы традиции и не назначил бы недоучку прямым преемником школы Годзю-рю.

Так или иначе, после приобщения к Годзю-рю изменяется не только взгляд Ямагути на боевые искусства, но и сами методы его тренировки. Они становятся ближе эзотерической традиции Китая и Окинавы. Теперь Ямагути по нескольку часов медитировал, а в свободное время приезжал в горы Курама, где проводил долгие дни в размеренных тренировках и созерцании. Практиковал он и такой метод занятий: вставал в позицию сантин-дати под холодные струи водопада и выполнял мощные дыхательные упражнения (э-но-ибукэ ), чередуя их с ударами руками и ногами.

Здесь же в горах Ямагути сближается с группой синтоистов, которые многому учат его, от эзотерических способов общения с духами до практических методик медитации. Например, у них он узнаёт, что во время периодов поста надо пить отвар из сосновых иголок или просто жевать их – что прекрасно стимулирует организм.

Они же научили его тренировке под водопадом и объяснили мистический смысл потока воды. Вскоре они были удивлены тем, что Гогэн мог пробыть под ледяными струями намного дольше, чем они сами. Тренировки в горах Ямагути сочетал с жесточайшей самодисциплиной. Он не курил, не употреблял спиртного и воздерживался от всех развлечений. Дабы преодолеть искушение «отправиться отдохнуть», Ямагути выбривал себе брови, по его собственному признанию, «походил на сумасшедшего» и не мог в таком виде вернуться в город.

Именно в то время выработался характерный для Ямагути Гогэна стиль боя. Он предпочитал высокую стойку нэкоаси-дати – «стойку кошки». В этой стойке 90 % веса тела приходится на ногу, отставленную назад, а другая нога немного согнута в колене и касается земли лишь носком. Благодаря этому из нэкоаси-дати удобно наносить удары ногой, поставленной впереди, почти незаметно для противника. Ямагути был особенно изощрён в ударах в пах и живот и практически не бил ногами в голову, справедливо полагая, что соперник без труда заметит подготовку для такого удара. Использовал Ямагути и захваты за шею, заломы рук. Его предпочтительным оружием стали ребро ладони (сюто ) и тыльная часть запястья (какуто-укэ ), ладонью он ставил блоки и наносил удары, в основном по рёбрам.

На тренировках Ямагути проводит регулярную отработку силы и чувствительности запястий и предплечий (котэ-китаэ ), что позволяло выполнять прочные захваты рук противника. При работе с партнёром котэ-китаэ заключалась в попеременном давлении запястьем на запястье. Таким же образом отрабатывались блоки верхнего, среднего и нижнего уровня, когда оба партнёра ставили «блок на блок», скрещивая руки в ударах. Несколько позже из окинавского Годзю-рю в арсенал Ямагути приходят регулярные упражнения с трезубцами-саями, железным веером (тэссэн), металлической цепью (кусари).

Изменяется и его взгляд на жизнь. Ямагути считает, что ему не пристало работать секретарём и бросает эту службу, покончив, видимо, и с «охранной» деятельностью. Правда, тут же начались другие трудности – деньги расходовались с катастрофической быстротой, пока не кончились совсем. Теперь Ямагути просто лежал на кровати в своей комнате, ибо рационально высчитал, что движения увеличивают аппетит. Однажды он не ел целых три дня, и друзья, испугавшись за его жизнь, пристроили Гогэна к своему товарищу в ресторан, где его кормили бесплатно. Позже Ямагути признался, что недельный пост в горах Курама перенести было гораздо легче, чем те три дня вынужденного голодания.

В 1932 г. Ямагути Гогэн заканчивает университет Рицумэйкан и может теперь зарабатывать деньги как поверенный. Студенческие годы Грубияна Ямагути окончились, надо было начинать самостоятельное дело. Какой же путь выберет этот человек?


 
 
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
 
Авторизация
Топ новостей